Политолог назвал последствия отказа России от консультаций по делу MH17

7 Просмотров Нет комментариев

Россия отказалась от дальнейшего участия в трехсторонних консультациях с Австралией и Нидерландами по делу малайзийского самолета MH17 после того, как в июле Амстердам подал в ЕСПЧ иск к Москве. В МИД РФ заявили, что дальнейшее участие российского государства в этих консультациях бессмысленно, поскольку, западные страны не стремятся разобраться в случившемся — они «нацелены лишь на то, чтобы добиться от Москвы признания вины и получения компенсаций для родственников погибших».

Эксперт рассказал, чем подобное решение чревато для России.

В заявлении МИД России, опубликованном 15 октября, решение Нидерландов подать в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) межгосударственную жалобу против России, «не дожидаясь даже промежуточных итогов консультаций», назвали недружественным.

В министерстве подчеркнули, что ответственность за срыв трехсторонних консультаций, таким образом, полностью лежит на официальной Гааге.

Более того, назвав выводы Международной следственной группы «предвзятыми, поверхностными и политизированными», в российском внешнеполитическом ведомстве отметили, что Москва, руководствуясь резолюцией Совбеза ООН 2166, все же продолжит взаимодействие с компетентными органами Нидерландов, в том числе «в деле исследования вопроса о незакрытии Украиной своего воздушного пространства для полетов гражданских самолетов над зоной вооруженного конфликта над Донбассом», но уже в «других форматах»

В свою очередь власти Нидерландов выразили глубокое сожаление в связи с решением России отказаться от участия в консультациях. Об этом заявил глава МИД Нидерландов Стеф Блок в Twitter. По его словам, правительство страны хотело бы продолжить переговоры для поиска решения, которое «позволило бы компенсировать огромные страдания и ущерб, причиненные крушением рейса MH17». А посла РФ в Гааге Александра Шульгина вызвали в МИД Нидерландов с связи с решением Москвы не участвовать в трехсторонних консультациях по крушению «Боинга».

«Я не уверен, что после такого шага России могут последовать санкции или же какие-то ограничительные меры со стороны Европы, – комментирует «МК» первый вице-президент Центра политических технологий, профессор Высшей школы экономики Алексей Макаркин. – Это, скорее, некий промежуточный этап. То есть, по сути, для Нидерландов и Австралии уже давно все ясно. Они исходят из того, что вина России доказана и надо только добиться того, чтобы она признала себя виновной. 

Однако это все равно должно быть подтверждено судебными инстанциями. Соответственно, сейчас идет суд, плюс Нидерланды обратились еще и в Европейский суд по правам человека. Но и в этом вопросе могут возникнуть некоторые проблемы, потому что решения принимаются там не так быстро. И вряд ли в ЕСПЧ согласятся принимать его по ускоренному механизму. То есть, по сути, решение может быть принято и через 5-7 лет».

Между тем, судебный процесс над Стрелковым, Дубинским и другими фигурантами по делу МН17 закончится явно раньше, полагает эксперт. Он идет весьма активно и, вполне возможно, завершится уже в следующем году. И как раз по итогам этого процесса могут быть приняты какие-то весомые решения.

«Во-первых, если обвиняемые будут признаны виновными, то со стороны Запада могут последовать новые санкции, – отметил политолог. – Во-вторых, может быть расширено число обвиняемых. Если на сегодняшний день фигурантами в этом процессе числятся люди, которые не находились в то время на российской государственной службе, то после того, как консультации будут прерваны, количество обвиняемых может значительно увеличиться. Речь уже пойдет о лицах, непосредственно связанных с российским государством». 

По словам Алексея Макаркина, эта ситуация может вписаться в общий контекст отношений России с Европой. Когда РФ шла на эти неофициальные и закрытые консультации, она исходила из того, что будет отстаивать свою версию произошедшего. Главный ее смысл заключался в том, что Москва не имеет никого отношения к уничтожению «Боинга».

«Наверно, когда Россия вела эти консультации, она была уверена, что западные страны, в данном случае Нидерланды и Австралия, будут вести переговоры долго, и что это будет достаточно длительный процесс, — продолжает политолог. – Казалось, что они все-таки постараются каким-то образом учитывать российский фактор и будут предельно осторожны. Но на самом деле складывается такое ощущение, что со стороны Европы есть представление о том, что осторожность в этом вопросе уже не нужна. 

Раньше Запад считал, что не нужно загонять Москву в угол, и что ей следует дать возможность для какого-то маневра. Надо наказать силовиков, но при этом говорить с людьми, которые занимаются в России политикой. Сейчас эта стратегия начинает быстро себя изживать. Причем Европа руководствуется здесь следующим: «Загоняй не загоняй – ничего не изменится».

Кроме того, раньше на Западе исходили из того, что с Россией можно договориться, считает эксперт. Например, по поводу того, что Крым российский, чего европейские страны де-юре не признают. Однако фактически они не ставят это во главу угла и не концентрирует на этом свое внимание. Сейчас в Европе понимают, что прошло уже много лет, уже не 2014 год. Изменений не произошло, а значит, Россия не будет уходить.

«В России же исходят из того, что мы слишком много уступали, — подчеркнул Алексей Макаркин. – Если в Европе началом конфликта или столкновения интересов принято считать 2014 год (Крым, Донбасс, самолет MH17), то в РФ отсчет ведется еще с конца 80-х годов. Мы ушли из Берлина, Варшавы, Будапешта, Вильнюса, Киева. Теперь получается, что нужно снова уходить и еще извиняться? Поэтому в РФ уверены, что сейчас уже уступать нельзя. Так что если по поводу экономики с европейскими государствами еще можно как-то договориться, то в вопросах политики уступок уже быть не может.

Решение с отказом от участия в консультациях также встраивают в общий контекст отношений России с Западом. В свою очередь Нидерланды и Австралия посмотрели, что Москва здесь уступать не собирается и начали активно задействовать судебные механизмы, давая понять, что вечных консультаций не будет. Соответственно, столкнулись эти две логики».

Напомним, малайзийский «Боинг», следовавший рейсом MH17 из Амстердама в Куала-Лумпур, был сбит 17 июля 2014 года в небе над Донецком. Все 298 человек, находившиеся на борту, погибли.

Международная следственная группа пришла к выводу, что самолет был сбит из зенитно-ракетного комплекса «Бук», доставленного на территорию Украины из-под Курска. МИД России назвал эту версию голословной. В сентябре 2018 года Минобороны РФ заявило, что сбившая МН-17 ракета была произведена в Подмосковье в 1986 году и отправлена в войсковую часть Украинской ССР, после чего в Россию уже не возвращалась.

Национальная прокуратура Нидерландов предъявила обвинения четырем фигурантам дела о гибели пассажирского самолета. Их имена были названы летом 2019 года. Подозреваемыми являются Игорь Стрелков (Гиркин), Сергей Дубинский и Олег Пулатов, а также украинец Леонид Харченко. В марте 2020 года в Гааге начался процесс по делу о гибели самолета.

НАПИСАТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены (обязательно)

Срочные новости!